Путь самурая: что Йоджи Ямамото сделал для моды?

Йоджи Ямамото – дизайнер, который превратил моду в философию. Показы японца похожи на поэму в чёрных тонах, а вещи – на манифест о свободе, хрупкости и силе одновременно. Йоджи никогда не искал признания, но именно он сделал Страну восходящего солнца новым центром мировой моды. Сегодня Ямамото исполнилось 82 года – и это приятный повод вспомнить, как он стал легендой.

Ямамото появился на свет 3 октября 1943 года в Токио – в стране, которая ещё только училась жить после войны. Его отец не вернулся с фронта, и всё детство Йоджи прошло под стук швейной машинки матери. Позже он поступил в Университет Кэйо на юриспруденцию, чтобы помочь ей, однако законы оказались «слишком тесной одеждой» для его духа. Тогда мать, словно предчувствуя будущее, отправила сына в колледж Бунка – легендарную кузницу японских дизайнеров, где учились и Рей Кавакубо, и Кендзо Такада. Там Йоджи и нашёл язык, на котором говорил всю жизнь: ткань и силуэт.

Превратил Хиросима-шик в глобальный тренд. 

Термин «хиросима-шик» впервые появился в начале 1980-х годов и описывал эстетику, в которой сочетались минимализм, асимметричные силуэты и нарочито подчёркнутые «несовершенства» одежды вроде изнаночных швов и необработанных краев – эдакое эссе дизайнеров о жизни в Японии, которая только-только возвращалась к обычной жизни. «Уродство мне кажется особенной формой совершенства. Мне нравится видеть беспорядок и хаос», – так Йоджи описывал свой подход к моде.

Ямамото, наряду с Рей Кавакубо, стал ключевой фигурой этого направления. Коллекции японца восьмидесятых годов воспринимались европейской публикой как вызов: модели выходили на подиум в чёрных, бесформенных нарядах, напоминающих о хрупкости, самопознании через разрушение – и это задолго до «Бойцовского клуба», напомним. Критики поначалу не принимали такую мрачную эстетику, но позже признали её новым этапом в развитии всей индустрии моды.

Открыл японскую культуру миру. 

Йоджи стал одним из первых дизайнеров, кто привнёс в западную моду эстетику множество элементов японской культуры – и сделал это не в виде фольклорных цитат, а через философию. Он вдохновляется дзэн-буддизмом, концепцией ваби-саби и традиционным японским кроем, который в его предметах становится чуть более элегантным и лёгким, чем в кимоно самураев многие века назад. 

Ямамото не просто экспортировал японский стиль – он позволил миру увидеть свою родину не как экзотическую страну, а как источник глубоких культурных смыслов. Можно сказать, что Йоджи одним из первых создал «униформу» современного человека. Кто-то, возможно, назовёт это апроприацией, но для нас такой подход лишь в очередной раз подчёркивает уважение дизайнера к корням. Через свои показы и коллекции Ямамото часто рассказывает истории – не кричащие, скорее медитативные, сложные и часто неразгаданные до конца. 

Соединил моду и спорт. 

Японец всегда был неравнодушен к спорту, особенно к восточным боевым искусствам: он с детства занимался карате, что повлияло на его подход к силуэтам, конструкции одежды и к тому, как ткани ведут себя в динамике – многие его костюмы «построены» так, чтобы не сковывать движения, словно это форма бойца.

Однако самым ярким примером синтеза моды и спорта стало его сотрудничество с adidas: от создания дизайнерских кроссовок и футбольных капсул для клубов и сборных до, конечно, запуска Y-3. Союз стал революцией: впервые спортивный стиль оказался на одной сцене с высокой модой, и Y-3 доказал, что никаких ограничений в индустрии больше нет.

Какой же можно сделать вывод? 

Йоджи Ямамото никогда не стремился угодить публике: он делал, что хотел, и как хотел, но всегда с благой целью. Великий дизайнер научил многих смотреть на мир иначе: в каждом изгибе ткани, в каждой тени и несовершенном шве скрыта глубокая история, смысл которой каждый может раскрыть для себя по-разному. Мода в понимании Йоджи – не о вещах, а о том, как жить, как принимать хаос и находить в нём порядок, как превращать разрушение в форму и смысл.